Неточные совпадения
Поэтому искание организованной общественности есть всегдашняя забота и
труд для всего человечества, причем оно делается тем напряженнее, чем сложнее становится само разрастающееся
общественное тело человечества, чем ощутительнее социализируется жизнь.
Легальное богословие, легальная мораль, легальное
общественное мнение всегда в этом вопросе относились враждебно к литературе и с
трудом ее терпели.
При
общественном разделении
труда, при органическом типе общества, индивидуум лишь «палец от ноги
общественного организма».
Он хочет максимального физиологического разделения
труда и враждебен
общественному разделению
труда.
Целый ряд"начинающих"пришли в"Библиотеку". Некоторые и начинали именно у меня. Почти все составили себе имя, если не на чисто писательском поприще, то в других областях умственного
труда и
общественной деятельности.
Будущее же это, такое радостное в
общественном отношении, в отношении жизни самого организма безнадежно-мрачно и скудно: ненужность физического
труда, телесное рабство, жир вместо мускулов, жизнь ненаблюдательная и близорукая — без природы, без широкого горизонта…
Несколько мужчин и несколько женщин (в числе последних и Лиза Бахарева) решились сойтись жить вместе, распределив между собою обязанности хозяйственные и соединивши усилия на добывание работ и составление
общественной кассы, при которой станет возможно достижение высшей цели братства: ограждение работающего пролетариата от произвола, обид и насилий тучнеющего капитала и разубеждение слепотствующего общества живым примером в возможности правильной организации
труда, без антрепренеров — капиталистов.
Таков был и женевец, — но какая разница — он, бедный ученый, готовый переходить с края на край земного шара с небольшой котомкой, с портретом Паоли, с своими заповедными мечтами и с привычкой довольствоваться малым, с презрением к роскоши и с готовностью на
труд, — что же в нем было схожего с назначением Володи и с его
общественным положением?..
К счастию, эти варварские времена давно прошли, и с тех пор, как никто не мешает нам употреблять наши способности на личное и
общественное благо, с тех пор, как из нас не выбивают податей и не ставят к нам экзекуций, мы стали усердно прилагать к земле наш
труд и нашу опытность, и земля возвращает нам за это сторицею.
В известную пору молодости, после многих ошибок и увлечений, каждый человек обыкновенно становится в необходимость деятельного участия в
общественной жизни, избирает какую-нибудь отрасль
труда и посвящает себя ей; но с человеком comme il faut это редко случается.
— Будем же стремиться к тому, чтобы поддерживать друг друга, каждый индивидуально и все вообще, на пути служения нашего пользе
общественной и интересам гражданственным! Будем стремиться ко всестороннему развитию, будем ценить и по достоинству награждать
труды и усердие каждого, и да присоединятся к ликованию нашему наши меньшие братья, наш добрый, русский, православный мужичок!
— Одно чувство, одна мысль, милостивые государи! — витийствовал меж тем оратор. — Любовь и польза, польза и
труд и надежда на радостное созерцание будущих плодов его. Любовь к ближним и к
общественному благу,
труд на пользу общую — это-то и есть совокупляющее нас чувство и единящая нас мысль.
Но не только правительственные люди, есть уже и такие богатые люди, которые не по религиозному чувству, как это бывало прежде, а только вследствие особенной чуткости к зарождающемуся
общественному мнению, отказываются от унаследованных состояний, считая справедливым пользование только тем, что заработано своим
трудом.
Все эти положения кажутся людям, стоящим на низшем жизнепонимании, выражением какого-то восторженного увлечения, не имеющего никакого прямого приложения к жизни. А между тем эти положения так же строго вытекают из жизнепонимания христианского, как положение об отдаче своего
труда для общего дела, о жертве своей жизни для защиты отечества вытекает из жизнепонимания
общественного.
Выгоды
общественной жизни состоят в обеспечении собственности,
труда и содействии совокупному усовершенствованию жизни — общая воинская повинность уничтожает всё это.
«Но, — скажут на это, — всегда во всех обществах большинство людей: все дети, все поглощаемые
трудом детоношения, рождения и кормления женщины, все огромные массы рабочего народа, поставленные в необходимость напряженной и неустанной физической работы, все от природы слабые духом, все люди ненормальные, с ослабленной духовной деятельностью вследствие отравления никотином, алкоголем и опиумом или других причин, — все эти люди всегда находятся в том положении, что, не имея возможности мыслить самостоятельно, подчиняются или тем людям, которые стоят на более высокой степени разумного сознания, или преданиям семейным или государственным, тому, что называется
общественным мнением, и в этом подчинении нет ничего неестественного и противоречивого».
Третьи, не признающие Христа богом, считают, что спасение людей произойдет через медленный, постепенный прогресс, при котором основы жизни языческой заменятся понемногу основами свободы, равенства, братства, т. е. христианскими основами; четвертые, проповедующие
общественное переустройство, считают, что спасение произойдет тогда, когда посредством насильственного переворота люди будут принуждены к общности имущества, отсутствию правительств, коллективному, а не индивидуальному
труду, т. е. к осуществлению одной из сторон христианского учения.
Только теперь, у нас, здесь, мы работаем не для своего или чужого обогащения, а в самом
труде своем работаем над созданием новой, еще не виданной на земле жизни; в первый раз
труд сам по себе становится великим
общественным делом.
3. Техническое и
общественное разделение
труда.
— Вот кто. Кто любит и умеет трудиться, кто понимает, что в
труде своем он строит самый настоящий социализм, кто весь живет в
общественной работе, кто по-товарищески строит свои отношения к женщине. Кто с революционным пылом расшибает не какие-нибудь там белые банды, а все старые устои нравственности, быта. Нет, это все нам скучно! А будь он круглый болван, которому даже «Огонек» трудно осилить, — если он мчится на коне и машет шашкой, то вот он! Любуйтесь все на него!
Эта уверенность в том, что новое сочинение г. Устрялова имеет интерес не только специально ученый, но и
общественный, дает нам смелость говорить о нем, хотя мы и не можем сделать никаких поправок и дополнений к
труду г. Устрялова.
— Своей нивы теперь не будет полагаться. Сознательность пойдет. Везде будет коммуна. Какой смысл? Каждый на своем клочке ковыряется, без солидарности. Будет общий
труд, товарищество,
общественная нива, и все, как один человек, будут выходить с косами.
— Я прошу вас выслушать меня, — сказал я угрюмо, не ожидая ничего хорошего от этого разговора. — То, что вы называете
общественным положением, составляет привилегию капитала и образования. Небогатые же и необразованные люди добывают себе кусок хлеба физическим
трудом, и я не вижу основания, почему я должен быть исключением.
КудрявцевПетр Николаевич (1816–1858) — русский
общественный деятель, западник, автор
трудов по истории Рима и средневековой Италии.
Много было талантов на арене;
общественный голос участвовал живо, деятельно; нынче избитые имена «классик», «романтик» были многозначительны — и вдруг все замолкло; интерес, окружавший сражавшихся, исчез; зрители догадались, что и те и другие сражаются за мертвых; мертвецы вполне заслужили тризны и мавзолеи — они оставили нам богатые наследия, которые стяжали в кровавом поте, страданиях, тяжком
труде, — но бороться за них бесцельно.
Странная несправедливость состоит в том, что ученых считают повыше простых граждан, освобождают от всяких
общественных тягостей, потому что они ученые, — а они рады сидеть в халате и предоставлять другим все заботы и
труды.
Теперь уже снимаются с народа оковы, и открывается ему широкое поприще свободного
труда; всюду водружается знамя гласности; в определенных размерах допущена свобода печатного слова, как благородного выражения
общественного мнения; заговорили о магистратуре и адвокатуре, высказано несколько теплых слов о преобразовании полиции, провозвещен недалекий конец прежней системы питейных откупов…
Социалистическая идеология всегда грешила тем, что она являлась идеологией бескачественного материального
труда, что она отрицает в
труде начало иерархическое, что она не дает соответствующего места качеству, способности, образованию и призванию, что она механически уравнивает трудящихся и исключает возможность подбора лучших и их преобладания в
общественной жизни.
Отношения
труда и капитала не могут быть регулированы индивидуально, предоставлены исключительной власти личной конкуренции — они подлежат государственной и
общественной регуляции.
Механический, материалистический социализм рассматривает человека как арифметическую единицу, как носителя известного количества
труда, — для него не имеют значения качественные различия между людьми, для него не существует индивидуальностей с разным весом и разным значением в
общественном организме.
Невозможно отрицать прав материального
труда на организованное улучшение своего положения и увеличение своего
общественного веса.
Наконец пятое условие счастья есть здоровье и безболезненная смерть. И опять, чем выше люди на
общественной лестнице, тем более они лишены этого условия счастья. Возьмите среднего богача и его жену и среднего крестьянина и его жену, несмотря на весь голод и непомерный
труд, который, не по своей вине, но по жестокости людей, несет крестьянство, и сравните их. И вы увидите, что чем ниже, тем здоровее, и чем выше, тем болезненнее мужчины и женщины.
Общественное Призрение, которое благотворит несчастным жертвам бедности и недугов, воспитывает сирых, управляет работными домами (где бедный гражданин, лишенный всего, кроме сил,
трудами своими живет и другим пользу приносит), местами наказания или, лучше сказать, исправления гражданских пороков; и наконец, Совестный Суд, который есть человеколюбие правосудия (божественная и беспримерная мысль в законодательстве!), останутся в России вечным памятником того, что некогда Добродетель в лице Монархини управляла ею.
Мысль о
труде, как необходимом условии жизни и основании
общественной нравственности, столько же недоступна им, как и мысль об уважении в каждом человеке его естественных, неотъемлемых прав.]